Стенограмма встречи с представителями студенческой молодежи, обучающейся на филологических факультетах.
Часть I.
Л. Путина: Здравствуйте! Cегодня у нас неформальная встреча. Мы вас пригласили в Центр развития русского языка, чтобы поговорить о проекте «БиблиОбраз», который осуществляется сотрудниками Центра уже в течение двух лет. Кульминацией проекта был фестиваль школьных библиотек, на котором некоторые из вас были и который в настоящий момент имеет все шансы стать международным библиотечным фестивалем.
Изначально конкурс, проводимый в рамках проекта «БиблиОбраз», ставил целью выявить 100 лучших школьных библиотек. Каждой библиотеке-победительнице был предложен грант в размере шестисот тысяч рублей. Этот грант включает в себя четыре части.
Первая часть — это книги (примерно на сто пятьдесят тысяч рублей). По мнению инициаторов проекта, книги — важнейшая составляющая любой библиотеки. В процессе реализации гранта, к сожалению, выяснилось, что большинство школьных библиотек так не считает. Приводятся различные объяснения этому: книги негде хранить, важнее приобрести оргтехнику, столы, отремонтировать помещения, двери и др. И тем не менее мы настаиваем на следующем: либо библиотеки берут книги на всю сумму, либо отказываются от них в пользу любой другой школьной библиотеки.
Вторая часть гранта предполагает подключение к Интернету. Эта часть проекта не строго фиксирована. Те библиотеки, которые готовы отказаться от подключения к Интернету, могут перераспределить соответствующую сумму на оборудование, оргтехнику, мебель и, конечно, на книги. Кстати, никто из победителей не изъявил желания деньги, выделенные на эту часть гранта, потратить на книги. Все выбирают либо оргтехнику, либо мебель.
Третья часть гранта — это оргтехника, т.е. компьютеры, видеомагнитофоны и (или) DVD, телевизоры, экран и др.
Четвертая часть — мебель. На фестивале были представлены около сорока различных фирм, которые делают мебель для школьных библиотек. Школы могли сделать свой выбор.
Сейчас мы находимся на этапе, когда почти все библиотеки прислали заявки. По результатам их анализа мы пришли к выводу оставить строго фиксированной только книжную часть заявок. Почему? Во-первых, книги — это основная составляющая любой библиотеки; во-вторых, как оказалось, библиотеки, к сожалению, хотят от книг отказаться. Я со своей стороны тоже попыталась выяснить, почему это так. Люди, которые работали в библиотеках вообще и в школьных библиотеках в частности, объясняют это в том числе тем, что в библиотеках очень много книг старого фонда, от которых нужно освободиться, избавиться. А поскольку библиотекарь, как правило, в школе один, то заниматься этим ему не очень хочется. Это трудоемкая работа. Поэтому мы думаем о том, что в рамках программы стройотрядов можно было бы подключить студентов, например, библиотечного факультета к этой работе. Они смогут проанализировать состояние старого фонда и помочь освободиться от части книг, которые давно не пользуются спросом. За счет этого освободится место для новых поступлений.
А теперь перейдем непосредственно к теме нашей сегодняшней встречи.
Составляя для школьных библиотек списки литературы, мы поняли, что это очень сложное дело. Нам требуется совет и школьников, и студентов, и преподавателей. Мы начали с вас. Что же именно нужно поставить в школьную библиотеку? Оказалось, что многие библиотеки в своих заявках не заказывают современную литературу. Во-первых, сегодня не так много книг для молодежи. Во-вторых, многие авторы и произведения неизвестны учащимся и нашему библиотекарю.
Мы не ставим своей задачей снабжать библиотеки учебниками, равно как и классической литературой, которая, как правило, в библиотеках есть. Хотелось бы предложить произведения современных авторов, которые пользуются сегодня популярностью.
Хотелось бы услышать мнение молодежи.
Что можно было бы сейчас предложить вниманию школьников? Какую современную литературу? Какие жанры должны быть представлены в современной школьной библиотеке? Можно свободно по этим вопросам высказываться. Может, кто-то хотел бы начать? Да, пожалуйста.
Е. Голикова: Я студентка пятого курса Московского государственного университета культуры и искусств, Голикова Лена. Во-первых, хочу поблагодарить вас за предоставленную возможность принять участие в фестивале «БиблиОбраз». Нам очень понравилось. Мы очень много вынесли для себя. О своих впечатлениях мы рассказали в статье, опубликованной в «Школьной библиотеке». Хотим также поблагодарить за приглашение присутствовать на этой встрече, потому что это очень важно для нас как для будущих библиотекарей.
Я хотела сказать, что у нас есть кафедра детско-юношеской литературы. У нас также есть курс «Современная литература для детей и подростков». Разработала этот курс профессор Таисия Ивановна Михалева. Она выпустила методичку «Современная литература в подростковом чтении. Программа курса по выбору». По этой методичке мы в основном и занимаемся. Здесь представлены проблемы и по каждой проблеме подобраны произведения отечественной современной литературы, начиная с 90-х годов и до начала 2000-х. Например, проблема взаимоотношений подростков и взрослых в семье и школе. Рассматриваются современные аспекты и выделяется ряд авторов. Но я хотела отметить, что эти авторы печатаются в основном в журналах, и их иногда трудно найти. Это Мурашова «Полоса отчуждения», Юрий Коротков «Абориген», Орлова «Горячая ртуть». Я называю произведения, с которыми мы были знакомы, которые мы читали и знаем, о чем идет речь.
Л. Путина: Каково Ваше мнение о прочитанном?
Е. Голикова: В основном здесь показаны взаимоотношения детей и взрослых в семье и в школе. Раскрывается, как дети ведут себя в школе с учителями, как ведут себя друг с другом, в семье. И конечно, эти произведения вызывают иногда чувство жалости к герою.
Л. Путина: Чувство жалости к подросткам или к их родителям?
Е. Голикова: К подросткам. В конкретных ситуациях они находятся в плачевном положении.
Л. Путина: А какие-то решения предлагаются или только высвечивается проблема?
Е. Голикова: Высвечивается проблема.
Л. Путина: Произведения, о которых вы говорите, написаны в позитивном ключе или в негативном? Какие эмоции они вызывают — положительные или отрицательные?
Е. Голикова: Скорее положительные. В программе представлены также произведения, привлекающие внимание к проблеме самоутверждения подростка в коллективе сверстников. Эта проблема актуальна сейчас. Я приведу в качестве примера книгу Леонова «Стервятники». Это произведение о преступности среди несовершеннолетних школьников; показано, как и почему ребенок становится преступником. Показаны его путь от детства и до подросткового, юношеского возраста и влияние обстоятельств, школы, семьи, сверстников.
Л. Путина: Книги, которые Вы сейчас назвали, есть в школьных библиотеках?
Е. Голикова: Нет. Это печатается только в журналах, таких, как «Смена», «Новый мир», «Наш современник», «Мы», «Юность».
Л. Путина: Может быть, есть смысл выписывать эти журналы в библиотеки?
Е. Голикова: Да.
Л. Путина: Школьные библиотеки не выписывают эти журналы?
Е. Голикова: Я не знаю. Мы, например, из Калужской области, из сельского района. У нас библиотека таких журналов не имеет, даже новых поступлений нет. Нет средств, поэтому пользуются только старыми учебниками, старой классикой.
Л. Путина: Современной литературы вообще нет?
Е. Голикова: Нет. Приходят иногда справочные издания, да и то очень редко.
Л. Путина: Значит, энциклопедические, справочные издания есть, да?
Е. Голикова: Да, но мало.
Л. Путина: Я хотела уточнить: нужны ли энциклопедические издания в библиотеке?
Е. Голикова: Да, ученики обращаются к ним очень часто.
Л. Путина: А словари?
Е. Голикова: Да. Словари и энциклопедии, особенно популярные.
Л. Путина: Можем ли мы встретиться с Вашим преподавателем и поговорить с ним на эту тему?
Е. Голикова: Да.
Л. Путина: Большое спасибо.
Е. Голикова: Я хотела еще сказать, что мы проводили «круглый стол» по проблемам современной литературы. Он называется «Образ молодого современника в жизни и литературе».
Л. Путина: У себя в университете?
Е. Голикова: Нет, мы проводили его в московской школе в девятом классе. Это школа № 59, недалеко от Арбата. Мы рассматривали проблемы взаимоотношений детей со взрослыми в семье и в школе, проблему самоутверждения в коллективе сверстников, проблему преступности среди несовершеннолетних. Человек и природа — тоже актуальная тема. Есть авторы, которые пишут произведения на эту тему.
Л. Путина: «Круглый стол» проходил в плановом порядке или по чьей-то инициативе?
Е. Голикова: По инициативе преподавателя. Таисия Ивановна предложила, а мы согласились, потому что мы знаем, что эти проблемы актуальны и их надо решать. Школьники не знают современную литературу. Да что говорить: даже библиотекари ее не знают. Мы знакомы с ней, потому что у нас есть такой курс.
Л. Путина: А вы будущие библиотекари?
Е. Голикова: Да.
Л. Путина: Как вы считаете, вы будете хорошими специалистами?
Е. Голикова: Мы уже работаем.
Л. Путина: А вы в Москве останетесь или вас распределят куда-то? Или сейчас распределения как такого не существует?
Е. Голикова: Нет, сейчас такого не существует. Каждый сам себе ищет работу.
Л. Путина: А есть желание и возможность уехать куда-то? Или в основном все хотят остаться в Москве?
Е. Голикова: Многие хотят уехать, туда, где родились, где жили. Но там работать негде и очень маленькая зарплата. Библиотека тоже плохо развивается.
Л. Путина: У Вас все, Елена? Спасибо.
Н. Голикова: Можно я продолжу? Меня зовут Голикова Надежда, сестра Елены. Я там же учусь, что и Елена, на пятом курсе. Я хочу сказать, что у нас кафедра очень сильная. У нас сильные преподаватели. Они дают нам большие знания. Это Иванова Галина Александровна (наша заведующая кафедрой), Михалева Таисия Ивановна, Cамохина Елена Олеговна. Мы оснащены литературой очень хорошо и хорошо проинформированы.
Нам в плюс то, что мы сейчас работаем в детской библиотеке (мы устроились на полставки), т.е. у нас есть практика к теории и мы видим всю ситуацию реально.
Я пишу диплом, исследую произведения Радия Петровича Погодина. Я уже на протяжении трех лет провожу работу по изучению творчества этого писателя в разных классах ряда московских школ. Погодин жил и творил в 60-х — 80-х годах, но наш современный подросток нуждается в положительной литературе, в положительном герое. И Радий Петрович Погодин — именно тот автор, к которому необходимо обращаться. Он ставит нравственные вопросы о подростках и для подростков. Но его произведения не переиздаются. У меня книги только 70-х и 80-х годов. 10 лет назад он умер (в 1993 г.). Мне очень жаль, что его книги не переиздают.
Л. Путина: Наверное, проблема переиздания связана с авторскими правами?
Н. Голикова: Это ленинградский писатель. Там проходят и Погодинские чтения, т.е. идет работа. А в Москве эту информацию даже Детская Республиканская Библиотека не прослеживает.
Сегодня у нас была встреча с учениками пятого класса московской школы. Мы им рассказывали про Гайдара. Ребята заинтересованы, им надо подавать этот материал. Один ученик сказал после беседы: «Мы даже не знаем, что у нас есть такие книги». Видимо, школьная программа не имеет возможности все представить. Наша задача — всем объединиться и решить эту проблему. Тогда всем будет легче: и школьным библиотекарям, и детским библиотекарям, и самим ребятам.
Л. Путина: Спасибо. Вы совершенно правы. Большое спасибо.
Т. Дрыжова: Я из Государственного университета культуры и искусств, Дрыжова Татьяна, пятый курс. Я хотела сказать следующее. Да, современная литература — это, конечно, очень важно. Но одной из главных проблем является проблема качества этой литературы. Ни в коем случае нельзя снижать ее уровень, спускаться на планку среднестатистического подростка. Нужно, наоборот, ставить эту планку выше, чтобы воспитывать ребенка. Надо затрагивать такие вопросы, которые помогут сделать его лучше. В этом могут помочь такие питерские специалисты, как И. Н. Тимофеева, которая написала книгу «Что и как читать Вашему ребенку от года до десяти», потом «Что и как читать вашему ребенку от 10 до 14 лет».
Тихомирова Ирина Ивановна отстаивает такую точку зрения: чтение должно затрагивать душу, и главная проблема — не скорочтение и не динамическое чтение. Главное, чтобы ребенок воспринял этот текст, чтобы у ребенка был на него отклик. Для решения проблемы важно привлечение этих специалистов, а также таких, как, например, Ольга Ивановна Мургина, которая является главным библиографом Российской государственной детской библиотеки и ведет сайт этой библиотеки «Библиогид», где осуществляется отбор и качественное аннотирование книг, которые должны читать дети. На сайте есть очень интересный раздел «Антикнига». Ведь и эта проблема сейчас остро стоит: есть книга, которую нельзя читать ребенку.
Одним из решений может стать издание таких хрестоматий, как, например, «О самом главном». По-моему, питерское издательство, связанное с юридической литературой, выпустило сборник «О самом главном», где кроме каких-то юридических (эта книга выпущена для студентов юридических ВУЗов) текстов, законов, актов были приведены тексты из художественной литературы (классической и современной), которые затрагивают важные общечеловеческие проблемы и которые позволяют затронуть струны души ребенка. Если мы не можем издать отдельные книги тех авторов, которых уже называли, то, может быть, можно собрать какую-то хрестоматию из произведений этих авторов.
Л. Путина: Это очень хорошая идея, спасибо. А как Вы думаете, можно или нет поставлять в библиотеку «Алхимика», например? Ведь его, наверняка, все читали.
Т. Дрыжова: То, что он говорит — это довольно простые истины.
Л. Путина: Но эти простые истины нам с вами понятны. А среднему школьнику нужно о них говорить?
Т. Дрыжова: Почему мы обязательно должны обращаться к Коэльо? Может быть, у нас тоже есть какие-то образцы?
Л. Путина: Да, конечно. Но зарубежных авторов мы тоже хотим включить в список литературы для школьных библиотек.
Т. Дрыжова: Да, это обязательно. Мы с девочками вместе прошли длинный путь: не только вместе дошли до пятого курса, но еще в библиотечном колледже учились вместе. Там мы очень много читали. Но в пятом классе я перестала читать и до одиннадцатого практически не читала. А колледж был как новый этап для меня. Например, я поняла, что «Очарованная душа» Ромена Роллана — удивительная вещь (несмотря на то, что мне было 17 — 18 лет, когда я это прочла).
Л. Путина: А вот, например, «Гарри Поттер». Все восхищаются этой книгой, а тут вдруг я услышала мнение, что ребенку страшно читать такую книгу. А каково Ваше мнение в отношении книги «Гарри Поттер»?
В. Литвиненко: Должна быть ориентированность на определенного читателя, психологическая ориентированность. На самом деле, «Гарри Поттер» — это те же наши сказки. Там рассказывается про добро и зло. О его существовании ребенок должен знать. Запрещать ему читать, мне кажется, не стоит.
Л. Путина: Дело не в запрете. А стоит ли нам включить списки для библиотек книги Пауло Коэльо и «Гарри Поттера»?
В. Литвиненко: Почему бы и нет? Ничего такого «вредного» я в этих книгах не увидела, когда читала.
Л. Путина: Мы тоже были «за». Но я недавно услышала мнение о том, что ребенку страшно читать эти книги.
Н. Тютерев: А что лучше: включать в список «Гарри Поттера» или «Таню Гроттер»? Как вы относитесь к «Тане Гроттер»? Что лучше для детей?
Л. Путина: Или то и другое?
М. Сарафанников: Наверное, и то, и другое.
Л. Путина: Стоит включать эти книги в список, несмотря на то, что ребенку страшно их читать?
М. Сарафанников: Да.
И. Малолетнева: Страшно, потому что ребенок сначала, как правило, смотрит фильм. После просмотра фильма читать, действительно, тяжело. А если ребенок знакомится сначала с книгой, то его фантазия строит более добрый мир, чем тот мир, который построен создателями этого фильма.
Т. Дрыжова: Но в этих книгах, действительно, очень много жестоких вещей. Например, по-моему, Гарри Поттер не уважает свою мать, обзывает ее нехорошими словами. У подростка формируется определенный стереотип: именно так и надо относиться к родителям.
В. Литвиненко: Гарри Поттер воспитывался у дяди с тетей. Дядя с тетей его унижали, потому что у них был свой ребенок. Его-то они любили, а Гарри — племянник. Зачем он им?
Л. Путина: Похоже на историю Золушки.
В. Литвиненко: Это история ребенка, оказавшегося в сложной ситуации.
О. Ткач: Сама интрига такова, что Гарри Поттер в отношении родителей испытывает самые нежные чувства. Он сирота, он их потерял. Через ряд книг проходит сюжет, когда он, борясь за правду, за добро, думает об отце, который для него «хороший».
Л. Путина: Значит, неуважение не к маме, а к тете.
Ю. Клокова: Здесь другой вопрос встает: нужно ли читать подобные книги? Мне кажется, главное — это воспитать эстетический вкус и у ребенка, и у преподавателя. Если этот вкус будет сформирован, тогда можно давать любую литературу. Тогда и ребенок, и преподаватели, и родители могут сделать правильный выбор книг. Ставится вопрос: «Поставлять ли в библиотеки „Гарри Поттера“?» Да, поставлять, потому что это произведение сейчас читают во всем мире. Один наш преподаватель вернулся из Америки. Он сказал, что самая продаваемая в Америке книга — это «Гарри Поттер». Эта книга — явление литературы, известное всему миру. И ребенок, и родители, взрослые люди, должны обязательно ее прочитать. Мне кажется, воспитание вкуса, воспитание потребности чтения — вот основная задача и школы, и родителей (родителей в первую очередь).
Я хотела также сказать, что Ирина Георгиевна Минералова (преподаватель детской литературы МПГУ) проводит конференцию «Мировая словесность для детей и о детях». На конференции собираются и учителя, и писатели, и исследователи детской литературы. Обсуждаемые здесь вопросы постоянно находятся на уровне дискуссий. Выпускаются словари, например «Русский детский писатель ХХ века. Библиографический словарь», где, в первую очередь, взрослый человек может познакомиться с детской литературой.
Здесь ставился вопрос по поводу периодических изданий, по поводу Интернета. Мне кажется, что в школах должны быть периодические издания, которые знакомят в первую очередь педагога с тем, что выпускается. В школе должен быть Интернет. Если нет возможности закупить нужное количество книг, можно взять тексты в сети. Есть хорошие Интернет-библиотеки, в которых есть возможность достать те или иные книги.
Л. Путина: Бесплатные библиотеки?
Ю. Клокова: Да, это бесплатные библиотеки, где находится качественная литература. Например, библиотека Машкова. Я интересуюсь зарубежной литературой. Недавно скачала замечательное издание «Беовульфа» с комментариями Смирницкой и Тихомирова (переводчика «Беовульфа»). Это есть и это доступно. Мне кажется, необходим новый библиотекарь, который должен уметь пользоваться Интернетом и помочь ученику и учителю так, чтобы веб-ресурсы были доступны.
Л. Путина: Спасибо. Проблема формирования эстетического вкуса очень важна. Мы хотим содействовать ее разрешению, формируя пакет литературы, который отправим в библиотеки. Но вы правильно говорите: нужно суметь потом эту литературу подать школьникам. Очень многое будет зависеть от библиотекаря, который уже там работает. А наши сто четыре библиотекаря смогут это сделать?
И. Малолетнева: Около 10 %, т.е. порядка 10 -15 библиотекарей консервативны, не интересуются современной литературой. Они даже присылали по электронной почте категорические письма: «Что вы нам даете? Нам нужна классика, только учебная литература!» Основная масса библиотекарей-победителей заинтересована в современной литературе, потому что многие из них сами не знакомы с ней, а других возможностей получить такие книги нет.
Л. Путина: Но они готовы пополнить фонд произведениями современной литературы?
И. Малолетнева: Да. Активно заказывают достаточное количество экземпляров.
Л. Путина: Одним словом, из ста только 10 — 15 % консервативны, а остальные — нет?
Н. Тютерев: Консервативность все равно можно преодолеть. Мы абсолютно правильно сделали часть гранта — книжную — обязательной. Почему? Потому что у человека должен появиться вкус к чтению. Чтобы библиотекарь мог этот вкус привить ребенку, он должен сам прежде всего прочитать эту литературу. Если он с ней не знаком, он становится консерватором. Человек нашего общества, который стал выезжать за границу, должен быть знаком не только с нашей литературой, но и читать ту зарубежную литературу, о которой сегодня говорят. Новую литературу, в том числе и английскую, которая сейчас переводится, действительно, нужно читать и комментировать, чтобы дети могли ее понять.
Л. Путина: А интересно было бы вам и другим студентам ваших ВУЗов поехать в библиотеки и поработать там?
Е. Голикова: Да, интересно.
Л. Путина: Или не очень хотелось бы?
Н. Голикова: Мне интересно, мне это близко.
Б. Ильин: Можно я скажу? Ильин Борис, Московский государственный областной университет. Вообще с книгами общаться очень интересно. Сейчас стоит вопрос: Интернет или книги? Это каждый должен решить для себя. Важно общение с текстом, с книгой. Для меня общение с книгой состоялось в каком-то возвышенном ключе. Для меня трепетно соприкосновение с любой книгой. Поэтому работать со старым фондом, я думаю, тоже будет интересно.
Я хочу поставить такую проблему, как доступность того же «Беовульфа». Дело в том, что я не знаю, к сожалению, переиздаются ли крупные произведения, настоящие жемчужины литературы. Я узнал о них поздно и нахожу их только в «Библиотеке всемирной литературы», а также в магазинах, где продаются старые книги, библиографические редкости. Очень редко даже мы, студенты-филологи, знаем эти произведения: у нас нет курса восточной литературы. Мы не разбираем ни
«Махабхарату», ни «Рамаяну», ни «Легенду о Гильгамеше». А это было бы интересно. Даже эпосы южных славян, которые есть в «Библиотеке всемирной литературы», я, к сожалению своему, тоже не знаю. Только недавно начал открывать для себя эти шедевры. Думаю, что не только библиотекари должны помогать делать литературу общедоступной, понятной детям. Огромную роль в воспитании учащихся, в воспитании их вкуса играют также учителя в школе. Но мой бывший школьный преподаватель говорил, что собираются уменьшить количество часов по литературе. Не хватает уроков, т.е. общение с будущим читателем каждый раз сокращается. Знания даются только по основной литературе, по классической. Причем в школе ведь работают энтузиасты. За такую зарплату в школу можно идти только при огромной любви к детям и к литературе.
Л. Путина: Или когда некуда идти или никуда не берут.
Б. Ильин: Я не думаю, что в школу идут такие люди.
Л. Путина: Идут. Такие есть, к сожалению. Есть и энтузиасты, к счастью.
Б. Ильин: Есть разные учителя, но факт в том, что именно учителя приносят главное, дарят главное ребенку.
Л. Путина: Это энтузиасты.
Б. Ильин: В основном это энтузиасты. Они дают литературу, которая всегда на слуху: ХIХ век — это классический пример.
Н. Гальскова: Часто учитель навязывает свою точку зрения, свой вкус.
Б. Ильин: В формировании личности ученика должен участвовать не один человек. Основное влияние оказывает учитель, но и семья должна прикладывать к этому огромные усилия. Без родителей не может состояться это общение. Насколько мне известно, традиционно в русских семьях было принято читать книги: члены семьи собирались вместе, складывался определенный круг чтения. Сейчас, ввиду того, что современная жизнь бьет бурным ключом, родители много работают и на детей не хватает времени, мы приходим постепенно к очень кратковременному общению с детьми. Это, конечно, уже проблема семьи.
Я думаю, что надо стимулировать домашнее, семейное чтение или устраивать в библиотеке семейные чтения, вечера, посвященные чтению. Дети всегда будут читать ту литературу, которая интересна их родителям, несмотря на проблему отцов и детей. Мы, современная молодежь, не хотим признавать старого. Может, мы и не признаем старого, потому что не знаем его, также как люди старого поколения могут не признавать нового, соответственно, его и не зная. То же самое происходит и в сфере литературы. Например, старая литература, классическая, мы ее знаем, мы ее уважаем. Современную литературу мы знаем только по нашумевшим произведениям: «Алхимик», «Гарри Поттер» и др. Вот эти произведения все время на слуху, так как они раскручены. А почему бы не раскручивать произведения, которые неизвестны и о которых говорили в самом начале встречи. Если бы эти произведения читались, они бы тоже имели огромное воспитательное значение.
Мы всегда воспитываем человека, не зная, куда он потом пойдет. И не важно, куда он потом пойдет, главное — воспитать в нем чувство нравственности, чувство ответственности. Об этом мы очень часто забываем. Мы думаем, что книга — это для наслаждения. Книга выполняет и дидактическую, воспитательную задачу. Воспитание вкуса очень важно, особенно в наше время. Осознание радости жизни должно отыскиваться в произведениях современной литературы. Я уверен, что есть такие произведения. К стыду своему, я их не знаю. Это те произведения, которые могут воспитывать хорошего читателя. Должна быть отобрана литература, которая сформирует современного читателя, именно, с позитивной оценки.
Л. Бодрихина: Я бы хотела остановиться на вопросе повышения рейтинга школьных библиотек. Я училась в школе. Число школьников, посещавших школьную библиотеку, было очень мало. Тех, кто посещал библиотеку регулярно, еще меньше. Закупка именно раскрученных, нашумевших литературных произведений, таких, как «Гарри Поттер», «Властелин колец», даст ученикам импульс пойти в библиотеку, взять нужную книгу и прочитать. Таким образом произойдет контакт с библиотекарем, с библиотечной системой. Человек прочитает эту книгу, придет снова, возьмет другую книгу, заинтересуется. Конечно, многое зависит от библиотекаря, от того, как он настроит читателя. Это очень важный вопрос: о библиотекаре, его характере и о его воспитательной роли. Я считаю, что если произойдет закупка «Гарри Поттера» и других нашумевших произведений, то это послужит только на пользу.
О самом «Гарри Поттере» я бы хотела сказать следующее. Я прочитала книгу недавно, и мне она очень понравилась, хотя мне 20 лет, а книга, конечно, рассчитана на детей среднего школьного возраста. Это авантюрно-приключенческий роман, волшебная сказка, рассказ о дружбе, отношениях в школе, отношениях между сверстниками — врагами, друзьями. По-моему, это интересное произведение и с ним интересно будет познакомиться тем, у кого нет возможности купить эту книгу, так как стоит она достаточно дорого.
Д. Шабашов: У меня такая идея. Надо давать литературу, в том числе современную и культовую, но при этом делать некие связки между произведениями. Допустим, если мы говорим о том же самом «Гарри Поттере», то можно посылать в школу «Гарри Поттера» и к нему еще литературу похожую. Допустим, такую, как «Школа магов», Ле Гуин трилогия «Земноморье», Астрид Линдгрен: «Мио, мой Мио!», «Побег ребенка в волшебную страну от родителей». Можно дойти даже до Гофмана, до романтизма. И учитель, может быть даже не на уроке, а после уроков, будет узнавать у ребенка, что ему нравится. Допустим в школе дети сейчас читают книжку Денежкина, которую все ругают. И детям, воспитывая у них культуру, учитель говорит: «Хорошо. Вам интересно читать Денежкина — читайте. А прочитайте, например, этот маленький рассказ, который похож на книги Денежкина». Дети начнут читать предложенное учителем, и им будет интересней. Может быть, надо такие связки делать, составляя списки?
Л. Путина: Когда мы проводили «круглый стол» по проблеме перегрузки детей, мы говорили о сокращении не уроков литературы, а объема изучаемых произведений. Например, роман «Война и мир» включает в себя 4 тома. Все 4 тома были обязательны к прочтению. Мы делаем вид, что эту книгу дети читают, но они же ее не читают. И что в результате происходит? У ребенка в школе формируется чувство вины за то, что он что-то не сделал. А он и не мог сделать. И поэтому речь должна идти не о сокращении уроков по литературе, а об изменении характера ее познавания. Что имеется в виду? Например, тот же роман «Война и мир». Преподаватель говорит школьникам: «Да, все произведение „Война и мир“ вы не прочтете. Я вам предлагаю прочесть такие-то места: это — факультативно, это — обязательно». Ребенок читает предложенное и у него не формируется чувство вины за то, что он чего-то не доделал. Он берет в руки «Войну и мир», начинает читать рекомендованное, а потом, может быть, не сможет остановиться и будет читать дальше. А это уже совершенно другое.
Мне кажется, важнее познакомить ребенка со стилем произведения, стилем автора, чтобы автор стал узнаваем.
Д. Шабашов: Если человек заканчивает педагогический ВУЗ и филологический факультет, в частности, то ясно, что он должен ориентироваться на мировой литературный процесс. Если он не ориентируется, то он просто не профпригоден.
Л. Путина: Именно так. Поэтому преподавателю надо дать свободу. Должна быть цель. Цель какая? Школьник, оканчивающий школу, должен знать литературу отечественную и зарубежную, классическую и современную. И вторая цель — он должен любить читать. Преподаватель в конечном итоге будет ставить эту цель и не будет заставлять детей обязательно читать большие книги от начала до конца. Для него важно сформировать у школьников отношение к этим книгам. Тогда он сможет успеть провести параллели между произведениями.
Д. Шабашов: Здесь еще важно понять роль игр. Например, желательно в 11-ом классе проводить ролевые игры. Например, у нас в школе они проводились. Кода мы разбирали «Серебряный век», у нас было всего 2 урока на изучение всего материала. Чтобы ученики заинтересовались этим периодом, была проведена ролевая игра.
Класс был разбит на несколько групп, каждой группе было дано задание. Допустим, вы — футуристы: вы будете на уроке доказывать свою точку зрения и говорить о том, о чем говорили футуристы в начале XX века. Вы — символисты, вы — окнеисты. Таким образом, у людей, которые изображали футуристов, была конкретная задача — прочитать только о футуристах, не очень много, но основное, не трогая ничего другого. У символистов — прочитать только о символистах. И на уроке мы входили в роли, начинали друг с другом спорить, как в реальной жизни. Таким образом мы познавали весь объем информации.
Л. Путина: Это уже другой способ изучения. Многое зависит от профессиональной подготовки преподавателей. Значит, нужно, чтобы в ВУЗе по-новому обучали будущих педагогов.
Д. Шабашов: Вернусь к вопросу о библиотеках. Уже сказали, что в них должны быть периодические издания. Здесь у нас разговор идет больше о чтении для детей, но школьные библиотеки ведь не только для детей, но и для учителей.
В. Литвиненко: Хотелось бы, чтобы преподаватели могли показать экранизацию произведения или спектакль по литературному произведению. В школе должна быть большая видеотека, к которой можно было бы обращаться.
Д. Шабашов: Может быть, поговорить с работниками киностудий. Допустим, с Мосфильма к нам постоянно приезжают люди, 2 раза в год. Они привозят видеокассеты с экранизациями многих произведений: Толстого, Достоевского, Шолохова и т.д.
Н. Гальскова: Да, экранизации произведений, созданных до 80-го года есть: Толстого можно найти, Шолохова. Но мы говорим о современной литературе.
Д. Шабашов: На самом деле, опасно давать фильмы, потому что режиссерская трактовка может исказить восприятие детьми этого произведения.
В. Литвиненко: Когда есть две противоположные точки зрения — это же интересней.
Л. Путина: А может быть, после просмотра фильма у ребенка возникнет желание почитать книгу? Один человек, посмотрев фильм, может успокоиться и не читать книгу вообще, а другой, наоборот, захочет прочесть.
Д. Шабашов: Дети должны, в любом случае, сначала прочитать произведение, а уже потом смотреть.
Т. Дрыжова: Да, фильмы или экранизации создают определенный стереотип восприятия. А книга дает полет фантазии — и детской, и подростковой. Читатель сам формирует свое мнение.
Л. Путина: Но, к сожалению, дети чаще смотрят фильмы. В таком случае стоит ли поставлять в школы видеокассеты?
Д. Шабашов: Если выяснится, что дети смотрели фильм, тогда учитель должен в отношении, например, книги «Война и мир» сказать, что С. Бондарчук акцентировал внимание на батальных сценах. У него на переднем плане война, он ее разрабатывал, это было его новаторство как режиссера, он разрабатывал панорамные съемки. Детям это надо объяснить. И пусть они посмотрят, как это представлено у Толстого. Пусть они увидят, в чем разница.
Л. Путина: Все это, конечно, зависит от педагога: сможет ли он пробудить у детей желание читать. Речь идет уже о преподавателе нового типа.
В. Литвиненко: А может быть, не стоит все видеокниги показывать. Например, Толстого или Шолохова показывать стоит. Возможно, если ребенок не читал произведение, но посмотрел картину, ему становится все понятно, у него вырисовывается полная картина. Но, может быть, надо подавать видеолитературу выборочно. Опять же, есть некоторые вариации, ужасные версии авторов, которые ребенку смотреть нежелательно, например фильм «Преступление и наказание».
М. Сарафанников: Тем не менее есть хорошие классические постановки, которые детям обязательно стоит посмотреть. Эти фильмы сами по себе как произведения киноискусства представляют ценность, поэтому их целесообразно, конечно, представить детям.
Л. Путина: Я поняла, что здесь нужен тщательный отбор. Нельзя все показывать детям. Специалистами должен быть осуществлен отбор.
В. Литвиненко: А может, стоит организовать поход в театр или еще что-нибудь?
Л. Путина: Безусловно. Мы тоже думали об идеальном библиотекаре как о человеке, который формирует вокруг себя атмосферу интереса и доверия и со стороны учителей, и со стороны родителей. Мы себе представляли, что в библиотеку приходят не только школьники, но и их учителя и родители.
Часть II (продолжение беседы)
| |
